Бизнес в кризис: поможет ли государство производителям ТСР?

Режим карантина привел страну к тяжелейшему экономическому упадку, который по прогнозам ведущих аналитиков может превзойти мировой кризис 2008 года. Основной удар традиционно пришёлся на малый бизнес, и в этой связи власти анонсировали целый ряд мер поддержки. Но доходит ли реальная помощь до предпринимателей, терпящих бедствие?

Мы связались с человеком, предприятие которого было закрыто все эти месяцы. Иван Худяков возглавляет Центр протезирования и ортопедии «Салют Орто». Компания уже несколько лет работает Москве, Улан-Удэ и Иркутске. Основные клиенты – это люди с инвалидностью, нуждающиеся в протезировании. 

Иван Худяков считает, что главная поддержка отрасли, которую может оказать правительство – не бросать людей с инвалидностью на произвол судьбы и не отказываться от своих обязательств перед ними. Об обязательствах государства и актуальных мерах поддержки читайте в интервью «Реабилитационной индустрии России».

– Здравствуйте, Иван! Скажите, как вы оцениваете текущее положение вашего предприятия?

– В целом – ситуация критическая. Если сравнить с показателями прошлого года, то общее падение доходов составило 80%. Весь этот период было полностью остановлено наше протезное предприятие в Москве. Небольшая часть работы продолжалась в наших региональных отделениях – в Улан-Удэ и в Иркутске, где условия самоизоляции чуть мягче и местные власти не требовали закрытия.

Но даже в регионах мы работаем только с клиентами, которые находятся вне группы риска – с людьми младше 65 лет. Этого с трудом хватает на оплату аренды помещений и заработную плату сотрудникам. Но мы никого не сократили даже в Москве. Каждый наш работник продолжает получать денежное довольствие в соответствии с трудовым договором.

– А какую-то прибыль в таких условиях можно извлечь?

– Ни о какой прибыли не может быть и речи. Мы накапливаем задолженности, платежи по налогам. Каждый месяц в таком режиме нам затем придётся отрабатывать по полгода, чтобы вернутся к исходным показателям.

– Как вы считаете, текущий кризис надолго? 

– Процесс замедления экономики, на мой взгляд, продлится ещё года полтора. Я хорошо помню опыт 2008 года. У нас тогда были «космические» планы и мы надеялись, что всё произойдёт быстро. А оказалось, что кризис – штука неторопливая. Экономика на него очень медленно реагировала. Что касается нынешней ситуации – основные проблемы начнутся в промежуток с июля по октябрь. 

Даже после полного снятия карантина экономика продолжит рушиться. Появятся кризисные явления, связанные с курсовой разницей. Мы ведь закупаем большую часть технологичных комплектующих за границей – везём из Германии, Китая, США. Через несколько месяцев уже приобретённые запасы закончатся, а новые будут дороже.

– Вы говорите обо всех отраслях или только о реабилитационной индустрии? 

– Реальность для всех общая. Доходы людей уменьшились и потребительский спрос сжался. Разумеется, есть немного отраслей, которые сейчас на подъёме – это производители масок, перчаток, антисептиков и других медицинских товаров. Но общая ситуация такова, что потребитель запуган и менее мобилен. В нашем случае, пациенты должны приезжать на прием, делать замеры. Но после отмены самоизоляции по приказу властей – страх не пройдёт мгновенно. Активность людей, как и деловая активность, будет расти постепенно и неизвестно, когда она вернётся к докризисным показателям.

– В каких мерах поддержки вы сейчас нуждаетесь? Какие шаги со стороны государства могут помочь вашему предприятию?

– Если говорить о самых насущных. Первое – необходимо включить нас в перечень пострадавших отраслей. Это даст доступ к большинству антикризисных мер поддержки. У нас неудобная ситуация выходит. У производителей технических средств реабилитации нет своего ОКВЭД (общероссийский классификатор видов экономической деятельности). Производители протезов проходят по ОКВЭД, как производитель медицинских изделий, и поэтому мы не входим в список пострадавших отраслей, несмотря на то, что производим не маски и не перчатки. Тут есть два варианта. Либо включить наш ОКВЭД в соответствующий перечень, либо создать для реабилитационной индустрии свой ОКВЭД.

Второй важный момент – это кредитные каникулы. Нам они нужны по кредитам на приобретённое оборудование. Причём нужны именно каникулы, а не то, что сейчас делают многие банки – обещают временно освободить пострадавшие предприятия от выплат. А на деле просто переносят уплату этих процентов на другие месяцы.

Что касается налоговых каникул. В условиях кризиса было бы разумно ограничить налоги на фонд заработной платы – это принесло бы больше пользы, чем субсидии на зарплату – по 12 тысяч рублей на сотрудника. У нас с каждой заработной платы приходится платить 43% налога. Для наших сотрудников – эти 12 тысяч не покроют даже налог на 1 месяц.

Хотелось бы получить отсрочку по уплате налогов. Такая программа есть, но она работает только для предприятий, входящих в перечень пострадавших отраслей. Кроме того, как выяснилось, налоговая служба всякий раз просит банковскую гарантию, либо требует в залог имущество, а это дополнительно ещё 2 – 8% от суммы налога.

– А льготное кредитование?

– Это, пожалуй, самая «интересная» мера поддержка от государства. Особенно, если копнуть чуть глубже и выяснить, что ещё задолго до кризиса можно было получить льготный кредит под 6% годовых. Сейчас власти Москвы предлагают льготные кредиты для предприятий со ставкой 5-10% годовых. То есть эта мера поддержка ничем не отличается от той помощи предприятиям, которая была до пандемии.

Тоже самое касается и компенсации за приобретение оборудования – последние несколько лет эта практика применялась без всяких кризисов. Причём кое-где компенсация доходила до 50%, а «антикризисная мера» предусматривает всего до 25-30%. 

На самом деле, отрасль остро нуждается в льготном кредитовании. Но нам нужны кредиты на оборотные средства под 1-2% реальной ставки, в частности, выплату заработной платы сотрудникам. Причём, я хочу подчеркнуть, что кредиты под 1-2% – это стандартная мера поддержки бизнеса в других странах. Это общепринятая практика, которая необходима России хотя бы в этот тяжёлый период.

Ещё раз подчеркиваю, это не «вертолётные» деньги, не раздача средств, это деньги в долг с минимальной кредитной нагрузкой. Они нужны, чтобы минимизировать финансовые риски, чтобы кризис не довёл до сценария, в котором придётся увольнять сотрудников. Ведь именно у малого бизнеса, имеющего сравнительно небольшую «подушку безопасности», деньги закончатся раньше и он просто встанет. В реабилитационной отрасли это касается полутора сотен небольших предприятий, производящих различные ТСР.

– Если протезно-ортопедическая деятельность попадёт в перечень пострадавших отраслей, что вам это даст в условиях кризиса?

– Первое – позволит получить субсидии на зарплаты сотрудникам. Второе – поможет добиться налоговых каникул. Третье – даст возможность вести диалог с арендодателем по вопросам снижения арендной платы.

– Какие меры поддержки всё-таки дошли до вас?

– Региональные. В Бурятии нам выписали пропуска для проезда и работы с клиентами, не входящими в зону риска, то есть младше 65 лет. Больше мы не смогли ничем воспользоваться. Всё мимо нашего ОКВЭД.

– Вы уже знакомились с платформами, агрегирующими информацию о мерах поддержки: Агентства стратегических инициатив, со сборником решений в регионах России или сайтом Правительства Москвы по поддержке бизнеса субсидиями. Есть ли решения которые будут актуальны для вас?

– Почти все перечисленные вами меры действовали и раньше, до кризиса. Я с ними работаю и хорошо знаком. Хотя, надо сказать, до коронавируса многие не знали об этих мерах поддержки и не пользовались ими. А сейчас из-за кризиса начали искать помощь и вышли на них. Для некоторых это стало настоящим открытием.

– Выходит, государственный пакет антикризисных мер вас вообще не коснулся?

– К сожалению, да. Всё мимо. Но знаете, самая лучшая поддержка, которую сейчас может оказать государство всем предприятиям реабилитационной индустрии – это гарантировать соблюдение своих обязательств перед людьми с инвалидностью. Не сокращать финансирование на обеспечение ТСР по индивидуальной программе реабилитации. То есть, допустим, по ИПРА человек должен получить протез на определённую сумму за счёт государства. Вот если эту сумму начнут урезать – это станет по настоящему серьёзным ударом по всей индустрии, не только по протезно-ортопедической отрасли.

– Каков ваш антикризисный план на ближайшее время?

– Мы исходим из того, что после снятия режима самоизоляции ограничения станут мягче, иначе уже никакой план не поможет. Что касается антикризисной стратегии – всё просто. Мы переведём на удалённый формат всю работу, которую можно делать удалённо. Ещё с прошлого года мы разрабатываем сервис, который позволит удалённо подбирать и заказывать все необходимые комплектующие для протеза. А также готовить документы для Фонда социального страхования. Скоро мы запустим этот сервис и будем через него работать.

В очном формате будет проводится только та работа, которая связана непосредственно с протезированием – снятие замеров для слепка. Клиенту достаточно будет приехать в наш офис только один раз.

Это не только вынужденная мера, но и хороший опыт взаимодействия с людьми с инвалидностью. Человеку не придётся лишний раз никуда ездить, а вся бумажная работа будет полностью перенесена в электронный формат.

– Есть ли какие-то прогнозы, когда «Салют Орто» сможет восстановиться и выйти на докризисные показатели?

– После снятия карантина ещё какое-то время наши показатели будут снижаться. Выйти на привычный оборот мы сможем после кризиса – то есть через полтора года.

Ключевое условие нашей выживаемости – сохранение объёма государственного финансирования на закупку средств реабилитации. Мы найдём, как донести нашу услугу протезирования до потребителя. Главное – соблюдение государственных обязательств перед людьми с инвалидностью.